Безумство храбрых (tigra_irbis) wrote,
Безумство храбрых
tigra_irbis

Я сейчас "Факультет неунжных вещей" Домбровского как раз читаю.
Там прекрасное есть о воззрениях на методы работы органов НКВД в 1937 году.
Диалог главного героя Зыбина, которого усердно пытаются "закопать", и "проходившей мимо" дамы из органов - лейтенанта Аникеевой. Приведу с несущественными сокращениями.

[Казалось бы, причем тут...]
И тут Зыбин чуть не вскрикнул. Под толстым настольным стеклом он увидел
нечто совершенно невероятное: огромный, в ладонь, глаз, круглый зрачок и в
зрачке этом кулак с финкой. И рядом другое фото: тоже глаз, а в нем уже
целая композиция - фонарь, стена и зверское лицо бандита. Бандит как в
кинематографе: зверский прищур, шрам поперек лба, кепка, надвинутая на
брови, клок волос.
"Шустрят, - подумал он, проходя вслед за чернявым к столу. - Ох и
шустрят! Землю роют! Актеры! Фокусники! Поэтому бандиты и глаза у мертвых
выкалывают, потому что на милицейских столах появились вот такие фокусы.
Скажут бандиту: смотри, до чего дошла наша наука! Не будь фрайером -
колись пока можно. Говорили так одному: вырази чистосердечное, спаси свою
дурацкую башку. Нет, не захотел и получил вышку, вот и ты... Глядишь,
бандит и верно расколется. А нет - что поделаешь? Жалобу прокурору на
беззаконие и шантаж он все равно не подаст.
Ладно, какое мне дело до хулиганов. С ними ведь главное - выследить.
Поймать зверя и выбросить его из общества. Вот что главное с ними.
Ах, вот как ты заговорил, товарищ Зыбин. Значит, цель оправдывает
средства. Значит, как ни вертись, а все-таки цель оправдывает средства. С
бандитом можно, а с товарищем Зыбиным нельзя. С ним надо по закону. А,
собственно, почему?
Слушай, сейчас тебе будет очень трудно. Ты уж это почувствовал и
заюлил. Так вот помни: если с бандитом можно, то и с тобой можно. А с
тобой нельзя только потому, что и с бандитом так нельзя. Только потому!
Помни! Помни! Пожалуйста, помни это, и тогда ты будешь себя вести как
человек. В этом твое единственное спасение".
...
- Слушайте, - сказал он запальчиво. - А что это у вас за петрушка там
под стеклом? Ну, у полковника в кабинете - под стеклом, что это там?
Зрачок, а в нем финка. Универсальное вещественное доказательство на все
случаи жизни? Так?
- А что? - спросила Аникеева, слегка улыбаясь.
- Да ничего, просто было интересно увидеть, как теперь фабрикуются
вещественные доказательства. Заранее, значит, загодя. И много у вас этого
добра?
Тон у него был неприятный, колючий.
- Вы что, допрашиваете или просто интересуетесь? - спросила она, все
еще продолжая улыбаться.
- Ну что вы, что вы! - поднял он обе ладони, в нем все клокотало и
прыгало, про браунинг он уже не помнил. - Какое же я, я имею право вас
допрашивать? Нет, это вы меня допрашиваете. Это с меня тут снимают
показания, запирают, держат, замыкают - меня, меня, меня! Это я задержан!
А когда ж задержанный допрашивал следователя?!
- Вы не задержаны, - обрезала Аникеева, - и я не ваш следователь.
- Да? - весело удивился он. - В самом деле? Я не задержанный, вы не мой
следователь? Ну так тогда, может, мне просто встать да и уйти, а?
- Очень, очень у вас странный тон, - сказала она. - Странный, чтоб не
сказать больше.
- А вот вы скажите, - попросил он мягко и ненавидяще. - Скажите больше.
Назовите это не тоном, а вылазкой, клеветой, дискредитацией органов. Там,
где на червячке лжи выуживают рыбку правды, - так сказал старик Полоний, -
все, все возможно.
- Это вы про лейтенанта? - спросила она. - Он был груб? Уличал вас в
чем-то? Это у нас абсолютно не положено.
Он вдруг замолчал. Она приходила ему на помощь: разговор с властей она
переводила на лица.
Она пошла и села напротив него.
- Я понимаю, вы куда-то торопитесь, а вас задержали, - сказала она
мягко. - Но все равно, разве можно быть таким... Ну, нервным, что ли. Ведь
это бред какой-то! - она усмехнулась. - Червячок, рыбка, какой-то там
Полоний.
- Слушайте, ради Бога, - загорелся он опять и вскочил. - Я вам достану
контрамарку в гостеатр, сходите с мужем, или с лейтенантом Зеленым, или не
знаю там с кем, на "Гамлета". Хоть раз в жизни да сходите!
Теперь они сидели разделенные столом и смотрели друг другу в лицо.
- А знаете, - вдруг совсем по-женски вспыхнула она, - не пошли бы вы со
своим театром и контрамаркой!.. Если я захочу сходить в театр...
- Так вот вы и захотите, - сказал он упрямо и угрюмо и, как бык,
наклонил голову. - Так вот вы обязательно захотите. В мое время, например,
студенты юридического факультета знали классиков, знали, кто такой
Полоний, а вас только и натаскивают: прижми, расколи, уличи, выяви. Эх,
даже противно говорить... - Он осекся и махнул рукой.
- То есть что это значит "расколи"? - спросила она сурово. - Не
"расколи", а "установи" - это две разные вещи.
- Но устанавливать-то вы будете как? - крикнул он. - Вот эти подлые
фото показывать да лгать напропалую? Да? Так?
Она поколебалась и вдруг решила принять бой.
- Да, так, старший научный сотрудник. Так! Если отбросить слово
"подлые", то так. Назначение следствия - выявить истину. Вы ведь тоже
кончали юридический? Да? По истории права. Так вот, ваш факультет был в то
время _факультетом ненужных вещей_ - наукой о формальностях, бумажках и
процедурах. А нас учили устанавливать истину.
- А как устанавливать - на это наплевать? - спросил он. - Например, вот
мне показывают ордер на арест моей жены. Говорят: не подпишешь, что
виноват, - сегодня же твоя жена будет сидеть рядом. Так я подпишу! Так я
что угодно подпишу! Потребуете, чтобы я показал, что убил, ограбил, поезд
свернул с рельсов, - так я покажу и это. Но только жену не трогайте.
- И скажете, где спрятано награбленное? - спросила она спокойно. - И
выдадите вещественные улики? И назовете всех сообщников? И тем дадите нам
возможность прервать вашу преступную деятельность? Да, тогда и подлог
имеет смысл, и та "подлая" фотография тоже.
Tags: на злобу дня
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments